Вторник, 17.07.2018, 12:39Главная | Регистрация | Вход

Корзина

Ваша корзина пуста

Свежий номер "РЗ"

Газета Родовая Земля

Поиск

Новости коротко

Вход на сайт

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Рейтинг@Mail.ru

Газета «Родовая Земля»
"Родовая Земля" » Архив статей » Номера "Родовой Земли" » №10(123)2014

И стал на песках лес...

Прочитала книгу Владимира Моложавенко «Чир — казачья река», приглашение к путешествию по шолоховской земле (изд. «Молодая гвардия», 1988 г.), и обратила внимание на два интересных, на мой взгляд, описания. Первое я назвала «Жулановский лес», второе — «Зелёные пески. Глауконит». Привожу в сокращении, думаю, может, и пригодятся кому-то чисто практически эти описания, а кого-то ещё раз убедят, что не может земля пустовать, жить оголённой и при этом рожать плоды для детей своих, что были и есть у нас свои Зеппы Хольцеры...

Жулановский лес

«А пески на Чиру тяжёлые, глубокие, их так и зовут — обливы. И станица именуется Обливской... В «Тихом Доне» она упоминается не однажды. А лежит на песках и окружена со всех сторон тоже песками. Впрочем, это будет не совсем так. С одной стороны к ней подступает сосновый лес.

Здесь и ждала меня встреча с интересным человеком, которого называют в округе не иначе, как спаситель степных криниц.

Когда не было ещё Цимлянского моря, Чир в летнюю жару пересыхал и наступали на него пески. В хуторах Паршине и Караичеве с вес­ны по самые окна засыпало песком казачьи курени. В одночасье исчез старый пруд, что с давних пор славился чудными карпами. Безплодными, горькими от полыни становились плодородные земли. А пес­ки всё ближе надвигались к реке, и, казалось, уже нельзя было их остановить. И тогда обезсиленные люди отступили, переселились на правый, более высокий берег Чира. Перевезли курени со скарбом, амбары, скотные дворы. Только надолго ли? Через год и сюда уже заносило целые тучи мёртвого песку...

Тогда-то и приехал в эти места агроном Григорий Фёдорович Жуланов. Приехал, чтобы спасти Чир, остановить пески. Вовсе не случайно избрал террасы на левобережье Чира для своего опорного пункта Всесоюзный научно-исследовательский институт агролесомелиорации. Впрочем, даже и старожилы не верили в успех задуманного экс­перимента. Слишком хорошо знали свои пески.

Ещё до Жуланова здешний колхоз «Вперёд к коммунизму» пытался приостановить гибель своих полей. Расходы были немалыми, результат — ничтожным. Из года в год обрабатывали плодородные супеси по системе чёрного пара (как предписывалось инструкциями свыше), культивировали их весной и осенью, но почва от этого ещё больше приходила в движение. Выдувало посевы ветрами, заносило пыльными бурями.

Жуланов не пошёл по пути своих предшественников. Он рискнул принять смелое и необычное решение — оставить супеси в покое, сделать их залежами. Впрочем, «оставить в покое» — это было не совсем верно. Он решил вырастить на них лес. Но как? Чтобы саженцы пошли в рост, нужно было сохранить при обработке песков влагу, не позволить ветрам выдувать всё живое вплоть до колючек и перекати-поля. Если можно сделать это, скажем, в Подмосковье или в средней полосе России, где влагой-то почва в общем не обижена, то откуда взять её на открытых злым каспийским ветрам, ровных, как стол, степных просторах Придонья? Такого ещё не удавалось добиться ни одному лесоводу, а Жуланов смог.

Хитрого вроде бы не было ничего, песчаные почвы обрабатывались полосами шириной от пяти до десяти метров, а соседние полосы в двадцать–двадцать пять метров шириной не обрабатывались вов­се. На полосах, вспаханных плантажным плугом, высаживалась сос­на. Гектар за гектаром отвоёвывал агроном-новатор у песков. Терпеливо искал наиболее выгодные породы сосны, акации, ясеня, фруктовых деревьев, кустарников. И пески остановились. Зелёный заслон преградил им наступление на реку. Целых две тысячи гектаров занимает теперь обливский лес. И родники, тоже начинавшие пересыхать, ожили, их обустраивать начали.

А перемена была столь не­ожиданной, что походила на сказку. Только что «газик» наш буксовал на разъезженном песчаном просёлке и, свернув на обочину, трясся по кочковатой залежи, только что под колёса ложились тощий полынок да куличи седого ковыля, и вдруг — благоухающий луг. На ярко-зелёном ковре с неслышным тихим звоном раскачивались золотисто-жёлтые венчики цветов, белой пеной вскипали ромашки, а за этим много­цветьем высоко поднимался чёткий прямо­угольник медноствольных сосен, и в их тёмно-зелёных иглистых кронах будто кто-то зажёг яркие свечи. Живой оазис посреди песков.

— Красиво, а? — глаза моего спутника вспыхнули по-молодому, и он зачастил полушёпотом:

— Смотри, смотри!..

Из сосняка на луг выбежали, пугливо озираясь, три оленя. Остановились. Чтобы не потревожить их, мы наблюдали, не выходя из машины. Они повернули изящные головы в нашу сторону и неторопливо потрусили через луг. Вслед за ними выбежали ещё два оленёнка.

От устья реки Куртлак, чирского притока, до самой Обливской теперь заказник. Это участок, запрещённый и для охоты, и для рыболовства. Я назвал его оазисом. Это, наверное, не просто оазис, а настоящее диво на песках, которое призвано преобразить чирскую землю. Обитатели здешнего леса чувствуют себя здесь привольно. Тут никогда не звучат выстрелы. Немало уже развелось и перепелов, лис, поселились недавно лоси, первые выводки в Обливском районе дали завезённые кавказские фазаны.

Бережёт человек обитателей лесов. На зиму как-то осталась здесь стая уток. Спасаясь ночью на незамерзающей протоке реки, они днём приходили пастись на ферму. Им насыпали зерно, измельчённый силос. Жуланов почти ежедневно проверял, как поживают утки. Рассказывали мне, что в жаркие дни здешний пасечник спасает лосей от жажды, наливая в поилки прохладную воду. Обжили лес олени.

Говорят, совсем уже мало на земле осталось волков, в иных европейских странах даже памятники последним волкам ставят. На Чиру их ещё хватает. Наверное, тоже потому, что появился здесь жулановский лес. Именно жулановский... Агроном, который даже не имел учёной степени (за безпокойным делом, когда времени в сутках каждый день не хватает, не выкроишь время для диссертации), он внёс такой вклад в науку, что другие могут лишь позавидовать. Там, где прежде гуляли чёрные бури, где само понятие «почва» считалось весьма условным (ведь толщина песчаного слоя у Чира достигает тридцати мет­ров), человек вышел победителем из единоборства со стихией. В 1986 году группе работников Обливского лесхоза присуждена за это Государственная премия СССР».

Зелёные пески.

Глауконит

«На Чиру есть, кстати, ещё и зелёные пески, я видел их залежи. И, как ни удивительно, они могут поспорить по своей щедрости даже с чернозёмами. Геологи рассказали мне, что пески эти именуют ещё глауко­нитовыми. В их составе есть особый минерал — глауконит, который и придаёт песку столь необычную окраску (в переводе с греческого «глаукас» означает «зелёный»). Песок этот считают сырьём для извлечения калийных солей. Только вот... способ этот почти не применяют на практике, столь он дорог.

Исследования показали, что в глауконите свыше двадцати химических элементов. Что микроэлементы, которые содержатся в глауконите, придают ему роль стимулятора роста одноклеточной водоросли — хлореллы. А хлорелла, как известно, богата белком, она применяется в животноводстве (для подкормки скота), её называют ещё и «хлебом для космонавтов». Но выращивание хлореллы — дело очень трудоёмкое, оно требует большого количества дорогих и редких реактивов, их теперь с успехом может заменить зелёный песок.

Заинтересовались глауконитом и ихтиологи, он может улучшить питательную среду водоёмов: с примесью глауконита уже на вторые сутки происходит так называемая «биологическая вспышка» и начинается интенсивный рост микро­организмов.

И ещё одно неоценимое свойство, оказывается, есть у зелёного песка: он способен поглощать соли и красящие вещества. Значит, его можно применять для опреснения и очистки промышленных сточных вод. А при внесении глауконита в почву он отдаёт содержащиеся в нём полезные вещества, пластициды, необходимые для жизни растений, и поглощает или нейтрализует вредные примеси, например препарат ДДТ. Наконец, глауконит может заменить дорогие химические элементы (в частности, окись хрома), идущие на изготовление красок. Недаром в хуторах и станицах по Чиру казачки издавна применяли зелёный песок при побелке своих куреней. И в Каргинской, и в Боковском, Краскутской, в Обливской станицах можно увидеть окрашенные зелёным песком деревянные стены домов и заменившие плетни частоколы.

Не так прост зелёный песок у Чира!»

Прислала Жанна Кудря. г. Кызыл, Республика Тува.

Категория: №10(123)2014 | Добавил: winch (19.06.2018)
Просмотров: 17 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
© Зенина С. В., 2018