Воскресенье, 15.12.2019, 06:47Главная | Регистрация | Вход

Корзина

Ваша корзина пуста

Свежий номер "РЗ"

Газета Родовая Земля

Поиск

Новости коротко

Вход на сайт

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Рейтинг@Mail.ru

Газета «Родовая Земля»
"Родовая Земля" » Архив статей » Номера "Родовой Земли" » №04(081)2011

Прощальная теория фотосинтеза. Мысли о земледелии (мои, и не только)

Геофизик И. Н. Галкин некогда написал такое (привожу без купюр): «Современная теория фотосинтеза, когда растения добывают углерод из атмосферы, которого в ней 0,01%, говорит о том, что на планете нет ни одного учёного, ни одного инженера, и вообще ни одного мыслящего человека»...

Поскольку растения играют очень важную роль в жизни человека, остановимся на теории фотосинтеза подробнее. Теория, которая полностью противоречит практике.

 

Я упаковал комнатное растение в прозрачный полиэтиленовый пакет. От баллона с углекислым газом провёл трубочку и настроил небольшой расход углекислого газа в пакет с растением. Другое такое же комнатное растение росло, как обычно.

В течение двух месяцев я не обнаружил никакой разницы в развитии опытного и контрольного растений. Тогда было принято решение ускорить изучение влияния атмосферы на жизнь растений: попытаться «задушить» растение, лишив его листья контакта с углекислым газом и кислородом. Для этого я заменил баллон с углекислым газом на баллон с азотом.

Продул пакет азотом и настроил небольшой расход азота через пакет с растением на улицу. Растение, лишённое веществ, необходимых для жизнедеятельности, должно было быстро погибнуть, однако оно продолжало нормально жить и развиваться. 

Когда закончился азот, я накрыл растение пятилитровой стеклянной банкой с целью перекрыть доступ атмосферного углекислого газа к листьям.

В среднем на 1 м2 листовой площади растение накапливает за 1 час 1–2 г сухого вещества, или 0,45–0,9г углерода (45%). Один кубометр воздуха содержит 0,15 г углерода (0,01%). Листовая площадь подопытного цветка составляет ~ 1/16 м2. Такому растению каждый час необходимо получать количество углерода, находящегося в 250 литрах воздуха, а поскольку объём банки всего 5 литров, то минуты жизни моего цветка были сочтены. Однако, как Вы уже догадались, цветок нормально развивается в банке, не обращая внимания на отсутствие углекислого газа.

Попытка «утопить» растение так же закончилась неудачей.

Несколько дней растение благополучно росло на свету, погружённое в воду, при этом было видно, как выделяются пузырьки газа. Затем мы его вытащили из воды, и несколько дней оно было на воздухе, потом снова погрузили в воду, и так несколько раз. В результате такого купания растение не «захлебнулось», а, наоборот, стало выглядеть лучше, чем до опыта.

Одновременно с опытами я выяснял, что написано в научной литературе по фотосинтезу. И обнаружил поразительные факты:

1. Понятия «воздушное питание растений» и «дыхание растений» существуют только в теоретической научной литературе и в учебниках. В практическом сельскохозяйственном производстве таких понятий нет. Так же, как нет технологий, операций, мероприятий, техники и приспособлений, обезпечивающих воздушное питание и дыхание растений.

2. Ни в каком языке мира не существует слов, обозначающих углеродное, углекислотное или кислородное голодание растений. Не описано ни одного случая угнетения или гибели растений из-за отсутствия углекислого газа или кислорода.

3. Не проводились и не проводятся опыты, доказывающие или опровергающие теорию воздушного питания и дыхания растений.

4. Описания фотосинтеза содержат ложные утверждения. Например, учёные пишут: «…Воздух проходит через устьица и поднимается в верхнюю часть листа…». В действительности этого нет. Днём листья выделяют кислород и углекислый газ, ночью — углекислый газ. Азот не выделяется из листьев ни днём, ни ночью. Растения не усваивают азот из воздуха, он поступает к растениям только из почвы. То есть воздух, который на 80% состоит из азота, не попадает внутрь листьев, иначе из листьев выделялся бы азот. Кроме того, листья находятся под постоянным давлением выше атмосферного, в том числе их губчатая часть, таким способом растения поддерживают форму листьев и их место в кроне. Поэтому, чтобы воздух попал в верхнюю часть листа, там нужно создать разряжение, для этого нужны органы дыхания и мышцы. Ничего этого листья не имеют.

Воздушного питания и дыхания растений не существует. Одной теории фотосинтеза достаточно для утверждения, что наука — это мракобесие, «опиум для народа». Жители Вселенной (не инопланетяне) строят познание мира на других принципах, по другой схеме, чем наша наука.

Примеры научных глупостей неистощимы, наука зачастую состоит из глупостей, и эта ситуация совершенно объективная. Человек не может познать мир, настолько «хитро» он устроен.

В пользу данной версии говорят и другие научные данные. Например, наука (всё та же наша академическая) установила, из чего состоят растения — на 50% из углерода, на 20% из кислорода, на 15% из азота, на 8% из водорода и лишь на 5–7% — из минералов. То есть по содержанию минеральных веществ некорректно судить о плодородии почвы, тем более, что запасов, например, самого дорогого и считающегося самым дефицитным из элементов питания — азота (по данным всё той же науки) в почве, но в неусвояемой форме, запасено на 100 лет. Причём наукой доказано, что все элементы (кроме, разумеется на её взгляд, углерода) добываются растениями из почвы.

Н. И. Курдюмов пишет по этому поводу: «По Тимирязеву огромная площадь листьев нужна только и именно для поглощения углекислого газа из воздуха. Но ведь листовое испарение выкачивает почвенный раствор, добывая таким образом минералы. Значит, площадь листьев добывает из почвы и углекислые растворы. Чем больше испарил и прокачал, тем больше СО2 добыл. Никакого конфликта! Наоборот. Охлаждение листьев, добыча минералов, воды и углерода одновременно, сразу, одним усилием, с минимальными затратами — вот рациональность, свойственная природе! Именно так растения и должны жить».

Для практических целей эта версия теории фотосинтеза означает, что главным лимитирующим элементом в производстве продуктов питания являются не минеральные вещества, о которых так печётся бизнес, а углерод. «Например, свёкла поглощает в день около 300 кг/га СО2, тогда как в метровом слое воздуха его содержится всего 4–5 кг/га. Отсюда ясно: практически весь СО2 для высоких урожаев поставляет почва. И единственный его источник — органика прошлого года», причём не всякая, а конкретно свежая органика. Определить пригодность органики для ведения сельского хозяйства очень просто — она должна хорошо гореть, это значит, что в ней сохранилось много энергии солнца, медленно разлагаясь, она будет передавать её новому урожаю. «Плодородие почвы — это процесс. Оно не имеется — оно происходит. Плодородие — это превращение энергии старого органического вещества в новую биомассу», т. е. наличие гумуса в почве ещё ни о чём не говорит, кроме того, что у почвы хорошие физические и химические свойства. Сам по себе гумус представляет собой продукт глубокого распада органики, и энергии в нём почти нет, причём он является привилегией только наших умеренных широт — на экваторе, где органика перегнивает за сезон полностью, гумуса нет вовсе, а растительность в 5 раз пышнее нашей. Вывод: гумусная теория питания растений, как и минеральная, — лишь плод воображения академической науки.

Я пробовал делать грядки из компостных (смесь сена разнотравья и конского навоза) куч, перегнивавших предыдущим летом. Урожай на них был как всегда (или так себе, что одно и то же). Энергии в компосте уже нет, иначе он не был бы компостом.

Вот ещё два мнения в подтверждение этого взгляда на процесс питания растений. Академик РАЕН Ю. И. Слащинин описывает систему земледелия архаичной цивилизации шумеров III–IV тысячелетия до н. э. (кстати, прямых наших предков — славяно-ариев (индоевропейцев)): «После уборки урожая они оставляли в поле почти всю стеблевую массу и не сжигали её, как делается у нас, а мелко запахивали в почву, обеспечивая бактериям изобильное питание и их ускоренное размножение. А эта возрастающая бактериальная масса становилась питанием растений. При этом питание и для растений, и для бактерий должно быть … разложившимся, превратившимся в водные растворы для усвоения». «И тогда получается, что шумеры на каждом гектаре своей земли выращивали 1000 центнеров растительной массы. Из них 300 центнеров в виде зерна и мякины уносили с поля, а 700 центнеров оставляли для питания своих кормильцев — бактерий и червей, для восстановления плодородия». К. Г. Малышевский, биохимик, разработчик космических систем жизнеобеспечения, работавший в Новосибирском академгородке: «На самом деле ни гумус, ни минералы сами по себе плодородия не создают. Главный фактор активного плодородия — свежая органика. Главное, в чём нуждается живая почва, — энергия. А энергия солнца — в остатках растений. Именно её гниение даёт растениям 9/10 их главного питания — углекислого газа. Именно она — топливо и корм для микробов, в буквальном смысле обслуживающих питание и жизнь корней. И она же — источник сбалансированного питания».

«За сотни миллионов лет природа отшлифовала совершенный механизм не только возврата, но и извлечения, добычи новых минеральных веществ. С одной стороны, это сама геология: распад минералов под воздействием температуры, осадков, кислот и прочих сил. С другой стороны — растворение тех же минералов почвенной микрофлорой, корневыми выделениями и гуминовыми кислотами. С третьей стороны, подъём минералов на поверхность корнями растений. Наконец, прямое органическое питание с помощью прикорневых микробов и грибов-добытчиков.

Эти тонко отрегулированные, сбалансированные процессы воспроизводства не нуждаются в нашем вмешательстве. Топливо для их работы — солнечная энергия органики. Результат — новая и новая добыча, готовка и подача самого разного питания». Кроме того, часть органики природа даже «убирает» из круговорота: залежи углей, торфа, метровые слои чернозёма, полезные ископаемые — это прямое свидетельство, что «природные почвы производят больше, чем отдают».

Подведём итоги. Основное питание растений осуществляется прямым всасыванием (впрочем, как и у животных) растворов, приготовленных почвенными микроорганизмами в процессе переваривания органики — оно (это питание) в природе. В аварийных режимах — при отсутствии свежей органики — питание осуществляется за счёт разложения гумуса и внутренних резервов растения (для поддержания своих кормильцев-микробов оно выделяет до 40% энергии фотосинтеза своими корнями) — такое питание на наших полях и огородах.

А как же гидропоника? Откуда там углекислый газ в растворе? Ответ: дождевые капли, ещё не долетев до земли, становятся растворами. Выпаренная дистиллировка, оставленная открыто, уже через 2 часа становится раствором».

Где-то году в 1988, когда весь наш народ в связи с известными событиями начал активно искать средства для прокорма себя и своих близких, я тоже раскопал участок. Родители мои, получившие паспорта в 1955 году и лишь тогда ставшие горожанами, всегда имели землю — 3, а впоследствии и 6 соток, приучали меня к сельскому труду, и у меня накопилось за время приучения много вопросов, на которые они не могли дать мне ответов, например, почему крапива за забором растёт выше крыши сарая, а на нашем участке чахнет? В общем, не имея ни малейшего понятия о почвоведении и растениеводстве, я начал экспериментировать по методу «научного тыка», благо, высшее образование, хоть и техническое, уже имел и методически всё же был подкован.

Описывать, как я делал посадки в сено, солому, навоз, торф, опилки и дёрн, не буду — отрицательного опыта за 20 лет сельскохозяйственной практики накопилось, хоть отбавляй. Но ещё я закапывал органику на разную глубину.

Участок мой имел такую историю. Сразу после войны тамошний (в Ленинградской области) совхоз решил расширить свои посевные площади за счёт леса. Вырубил его, но, как водится, не доглядели — земля оказалась сплошь глина. А так как рядом была ферма, а милостей от природы никто в те годы не ждал, всё добро с этой фермы начали свозить на моё будущее поле и запахивать, и продолжалось это в течение почти 40 лет. Земля в итоге на глубину пахотного слоя стала чернозёмом, но по механическому составу — сплошная глина, ну очень тяжёлая. Так вот, я (так как ум мой не был замылен академическими знаниями), конечно же, смекнул, что всё дело в органике — мне просто не на что было ещё подумать, и начал в огороде её закапывать. Сначала на штык лопаты — она, органика, на следующий год по весне оставалась такой же свежей, будто её закопали только вчера, потом на 20 см, 15, 10, 5 — на эти эксперименты уходили годы, но я никуда в то время не торопился, так как жил не «от земли».

Ещё одно замечание. Лет 10 назад я, по причине тяжести моей земли, решил её не копать, лишь взрыхлил верхний слой и посадил всё как всегда, и урожай по осени получил тоже как всегда. Конечно же, перекопку земли я с тех пор прекратил, тем более, что нигде в научно-популярной, доступной мне литературе не объяснялось, для чего её нужно копать, разве что для взрыхления, но я-то видел, а я верил глазам своим, что через неделю–две после перекопки она становилась такой плотной, особенно на глине, что, если её ещё и солнце припечёт, лопата в неё не входила.

В конце концов я сделал грядки шириной 50 см и высотой в 10 из сена, разложенного прямо по поверхности земли, так как по моим замерам на глубине в 10 см температура моей почвы (в том регионе) была 14 градусов, а мне нужно было (я собрался посадить картофель) — 18–20. По краям грядки разложил картофель и присыпал землёй из междурядья сантиметра 2 толщиной, лишь бы прикрыть от дневного света. Расстояние между грядками оставил 1 м. Больше я ничего с посадкой не делал — не окучивал, не полол, только — для лучшего перегнивания органики — поливал 1 раз в неделю, в 10 дней, сено раствором ЭМ препарата — 1 ведро на 5 метров грядки. Урожай, собранный в августе, был 1:10 (это в первый же год на почве, с которой предыдущей осенью был убран верхний глиняный слой в штык лопаты после окончания работ по строительству дома), в земле осталось больше половины сена (не сгнило, опять же, возможно, из-за глины). Для таких овощей, как морковь, свёкла и т. д. я научился делать почву раньше, но успешно поработать с картофелем мне долго не удавалось.

Для себя сделал такие выводы: во-первых, конечно, урожай создаёт только и исключительно свежая органика, во-вторых, органика должна вноситься сверху, без закапывания, в-третьих, глина в чистом виде совершенно не подходит для культурного земледелия пусть и «хорошо удобренная» (слышал разные рекомендации по механическому составу почвы, соотношение глина-песок от 1:1 до 1:10 — видимо, они даются авторами в зависимости от их пристрастия к возделыванию тех или иных культур). Не сказать, что на той земле не росло ничего — росли пижма, борщевик, сныть, болотные травы; пырей так вообще рос замечательно. Но подобные растения, видимо, созданы Провидением именно для залечивания ран земли. Ну, и в-четвёртых, расстояние в 1,5 м для двух рядов картофеля — это мало, так как ботва у меня стояла сплошным ковром, и нижние ветви ботвы желтели и отмирали из-за недостатка фотосинтеза. В поместье я уже нарезал грядки для весеннего посева с расстоянием в 1 метр (между рядами) — я считаю, что на гектаре нужно стремиться к максимальному естественному плодородию, а оно есть за счёт фотосинтеза — энергии солнца.

Отец почвоведения  В. В. Докучаев говорил, что состояние почв есть зеркало, в котором отражается не только материальный, но и духовный мир человека. Состояние почти всех обрабатываемых почв описывается одним словом — деградация. Органическое земледелие — это наиболее рациональный и наиболее технологичный агротехнический метод хозяйствования на земле.

Любви вам к Богу и понимания Его!

 

Евгений Никаншин. ПРП Мирное, Владимирская обл.
emnikanchin@yahoo.com

Категория: №04(081)2011 | Добавил: winch (13.11.2015)
Просмотров: 412 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
© Зенина С. В., 2019